Жизнь Ивана Никитича

Среда, 03.02.2021, 08:48:46

«Новый пенсионер» с радостью предлагает читателям повесть Игоря Крючкова, хотя речь в ней пойдет о вещах не совсем веселых. Но автор на тему «человек, здоровье и медицина» размышляет с изрядной долей иронии, чего и вам желает. Уверены, что каждый из вас узнает в Иване Никитиче себя и улыбнется.

1

Давненько уж тому как довелось Ивану Никитичу услышать от кого-то из телевизионных юмористов остроумное жизненное наблюдение: «Если тебе больше 60 лет, ты проснулся утром в своей постели и у тебя ничего не болит – это значит, что ты умер». В те времена, наполненные избыточно бодрым и в меру здоровым существованием духа и тела, Иван Никитич оценил довольной улыбкой претензию на философски- бытовую меткость изречения. Улыбнулся – и отпустил прочь из памяти, ибо тема, затронутая максимой, была не особо актуальной. А вот нынче, на седьмом десятке прожитых лет, когда спектр самых животрепещущих по жизни проблем всё сильнее смещался в сферу медицинскую, Ивану Никитичу вдруг захотелось проверить на личном опыте возможности практического применения проверочного правила, сформулированного остряком века минувшего.

Утром он просыпался, и, не меняя положения тела, покойно дремавшего под одеялом в то время, как сознание уже вполне освободилось от сонного дурмана, прислушивался…нет, не к звукам, что доносились в открытое окно с улицы, или бродили по квартире вследствие коммунальных обстоятельств обитания в ней хозяина. Иван Никитич прислушивался к собственному туловищу и конечностям, к голове – в том смысле, в каком она представляла собой средоточие материальных субстанций (к числу сторонников модной концепции материальности мыслей Иван Никитич отнести себя уж никак не мог). Кольнуло ли что-то где-то? Пискнул ли болезненным ощущением пробудившийся к новому дню организм? Жив ли я?

И на последний, самый важный вопрос утреннего ритуала самоприслушивания, всякий раз Ивану Никитичу приходилось давать себе отрицательный ответ. По крайней мере, пользуясь тем универсальным критерием оценки уровня собственного бытия, что заключался в усвоенной ещё в молодости формуле. У Ивана Никитича, мужчины возрастом старше 60-ти, проснувшегося утром в собственной постели, не болело буквально ни-че-го! А, стало быть, как говорилось в решительно не желавшем зарастать бородой анекдоте: «Доктор сказал – в морг, значит в морг»!

Слава Богу, Иван Никитич обладал достаточным чувством юмора, чтобы понимать: всерьёз пользоваться диагностической рекомендацией наблюдательного острослова невозможно, это было бы несусветной глупостью. В жизни Ивана Никитича, однако, с некоторых недавних пор поселилось довольно странное обстоятельство, заставившее его удержать внимание на шуточной утренней процедуре самоосознавания дольше, нежели оно того заслуживало по прежним временам. Раньше, проснувшись, Иван Никитич не задерживался в горизонтально положении дольше пары десятков секунд, резво вскакивал с постели и даже порой в охотку делал тут же, на прикроватном коврике, несколько лёгких физических упражнений, приятно разминая мышцы рук и ног, чью скованность ночным покоем хотелось поскорее освежить притоком энергии нового дня. Иван Никитич никогда не ощущал в себе потребности «поваляться» в разобранной постели после того, как сознание наполнилось ритмами яви и сюжеты только что виденных снов отступили в недостижимые для прожекторов памяти глубины мозга. Теперь же, когда в силу перехода в пенсионный статус социального бытия никакие внешние обязательства не звали его по утрам «в седло», Иван Никитич внезапно почувствовал дефицит той энергии, что прежде ежеутренне, подобно энергии старта космического корабля, выстреливала его на орбиту неотложных дел и неизбежных забот со стартовой площадки спального места любой степени комфортности.

Уютно расположившись под одеялом в приятно прогретой теплом собственного тела постели, Иван Никитич со слегка пугавшей его отчётливостью вдруг ощутил, что окружавшее удобное ложе пространство чуть ли не «ощетинилось» молчаливым враждебным нежеланием впускать его в свои материальные координаты. Ему сразу пришла в голову мысль, что, наверное, заколачивая покойников в прочные гробы и пряча их глубоко под землю на кладбищах, остающиеся в живых люди таким способом защищают свои пространственно-временные владения от чужеродного (а потому, безусловно, опасного) вмешательства. Вот тут-то и припомнился Ивану Никитичу юмористический тест на пребывание в «этом» или «ином» мире в зависимости от присутствия или отсутствия болевых ощущений в теле пожилого человека по утрам.

Самым объективным, а потому наиболее убедительным свидетельством стремления «этого мира» продолжать своё существование без Ивана Никитича был казавшийся воистину арктическим холод, которым ночь пропитывала каждый кубический сантиметр пространства вокруг кровати. Любая попытка выпростать из-под укрытия оголённую часть руки или ноги вызывала немедленную атаку на беззащитную плоть миллиона одновременных ледяных укусов жестокого комарья, что невидимыми сторожевыми роями барражировало в воздухе над барьером – разграничителем температурных зон, который представляла собой поверхность одеяла.

Здравомыслие подсказывало Ивану Никитичу, что он сам невольно приглашает стужу в спальню, оставляя на ночь приоткрытым (а летом - вовсе распахнутым) окошко. Без свободного притока свежего воздуха становилось не только трудновато дышать, но и тело постепенно покрывалось липким потом, увлажняя простыню и пододеяльник, которые хотелось немедленно сбросить на пол, хоть как-то облегчив себе вожделенный переход от изнурительного бодрствования к успокоительному сну. И всё-таки, припоминая ощущения прошлых лет, Иван Никитич всякий раз оставался в непоколебимой убеждённости, что такого агрессивного холода, как нынче, ему прежде не преподносило ни одно утро из встреченных в собственной постели. Начиная со вступления его жизни в какую-то особую пору, утро стало вместо бодрящей прохлады, как в песне про «Москву майскую», и заманчивых ожиданий от предстоящего дня нести с собой угрюмую преграду замогильной мерзлоты. Даже если за окошком было солнечно, и яркие лучи, пробиваясь в щели гардин, а то и насквозь пронизывая ткань занавесок, устраивали в спальне бешеную гонку собственных отражений, и атмосфера вокруг пробудившегося Ивана Никитича оставалась насыщенной тревогами и ожиданием чего-то неотвратимо трагического.

«Жесткое гамма-излучение» - определение, Бог весть по каким причинам переселившееся из какой-то научно-фантастической то ли книжки, то ли фильма в память Ивана Никитича, точнее всего, как ему казалось, соответствовало сути световых эффектов, производимых в спальне вторжением солнечных лучей или пасмурной утренней мглы. «Ей-богу, какой-то вечный Чернобыль за окном!» - подумал как-то Иван Никитич, вообразив обёрнутое вокруг себя одеяло надёжным скафандром, покинуть который было бы полнейшим безрассудством.

А иногда его посещала уверенность, что воздух спальни являет собой упругую неподатливую для проникновения извне субстанцию. И даже если он преодолеет боязнь схватить убийственную дозу радиоактивности или мгновенно обледенеть от холода и, выскользнув из-под одеяла- скафандра, попробует встать и сделать хотя бы несколько шагов в сторону от кровати, попытка окажется безуспешной. Нет, он не разобьёт себе лоб, с размаху треснувшись о невидимую глазам стену, и не рухнет на пол, споткнувшись о прозрачную преграду под ногами. Он только почувствует, что, совершая нарастающие усилия, протискивается внутрь пространства так, как если бы он решил пальцем проткнуть накачанный не слишком туго мяч: продвижение вперёд возможно, но лишь до определённого предела, на котором физические возможности «пальца» окажутся исчерпанными, и он будет вынужден либо замереть на месте, теряя силы в напряжении удерживаемого шаткого равновесия, либо будет отброшен назад силой упругости восстанавливающего свою первоначальную форму «мячика».

И всё же, повоевав минут двадцать, а иногда и полчаса с собственными фантазиями и страхами, Иван Никитич худо-бедно расставался с сомнениями в желанности своего персонального присутствия в «этом мире» и менял горизонтальное положение на вертикальное, что давало начало цепочке муторных утренних ритуалов, совершение которых оставалось неизбежной необходимостью для каждого биологически живого человека.

Вот тут-то и окунала природа-матушка мнительного Ивана Никитича в омут достовернейших доказательств его «пока-ещё-живучести», ибо боли реальные и фантомные впивались подобно пираньям в доверчиво извлечённое из постели и отправленное на орбиту нового дня тело. Суточный букет болячек, с которыми Ивану Никитичу предстояло разделить время до спасительного ночного нырка в кровать, обновлял свою икебану если не ежедневно, то уж пару раз в неделю точно. Интуитивно он всегда заранее чувствовал, на какой новый болезненный симптом следовало обратить пристальное внимание и принять оздоровительные контрмеры, а какой, не тратя понапрасну нервные клетки, предоставить неизбежному самоисчезновению в течение несколько дней.

Вступал, как правило, тупым нытьём зуб, ещё вчера не дававший повода для беспокойства, затем поясница предательски сигнализировала резью при любой попытке выправить осанку. Голова не то, чтобы кружилась или болела, но заявляла о своём присутствии на плечах вовсе не фейерверком оригинальных мыслей, а таким состоянием, будто кто-то прилежно пылесосил каждую извилину мозга. Впрочем, посидев несколько минут в кресле, можно было стабильно нормализовать ощущения внутри черепной коробки. По крайней мере до следующего сеанса вертикализации. Перемещаясь пешим ходом по квартире, да и за её пределами, Иван Никитич вот уже несколько лет мирился с тем, что правая его нога перманентно страдает от средневековой пытки, известной в анналах истории под названием «испанский сапог». Успокоил и даже в известном смысле зарядил оптимизмом его ангиохирург, авторитетно приободривший Ивана Никитича при выписке из больницы после экстренно проведённой операции: «Радуйтесь, что она вообще у вас есть!» Имелась в виду правая нога, разумеется. На такие мелкие шероховатости взаимоотношений с собственным физическим здоровьем, как постоянно плавающие перед глазами стайки «амёб-загогулин» и нахально отнимающие у взгляда ясность в ансамбле с неумолимым возрастным помутнением глазных хрусталиков, Иван Никитич внимания практически не обращал, поскольку никаких болезненных ощущений эти мини-неудобства с собой не несли.

Подчинившись одному из многочисленных парадоксов своей логики, Иван Никитич с жизнерадостной эйфорией приветствовал традиционную увертюру болей, что каждое утро, словно государственный гимн, исполнял психо-физиологический оркестр его организма. Ибо звучание этой вдоль и поперёк изученной партитуры давало Ивану Никитичу архиважный сигнал: «Всё покамест в порядке, я жив, изнашиваюсь в меру развития процессов естественного старения, и вообще – мы ещё повоюем»! Последний триумфальный аккорд, впрочем, давался Ивану Никитичу с день ото дня возраставшими волевыми усилиями. Кому-то из врачей, а вероятнее всего медицинской братии в целом, включая знаковых персонажей из телевизора и публики, дрейфующей в разнообразных интернет- портах и порталах, удалось-таки укоренить среди правил жизни, которых старался придерживаться Иван Никитич, постулат о том, что самое мощное средство борьбы с физическим недугом – неприступная крепость духа. Ведь наверняка, не случайно тот самый ангиохирург (порой у Ивана Никитича как-то само собой выговаривалось «ангел-хирург»), что спас ему своевременным вмешательством скальпеля «родную» (пусть и в неснимаемом «испанском сапоге») ногу, заходя на утреннем обходе в палату и обращаясь к пациентам, спрашивал не «Что у вас болит?» и даже не «Как вы себя чувствуете?», а «Как настроение?»

Однако, боевого настроения далеко не всегда хватало для изгнания особо настойчивых болячек. Проверенные многолетним содружеством лекарства тоже не помогали – и в этих беспокойных случаях Ивану Никитичу, скрепя сердце, приходилось отправляться в районную поликлинику.

Окончание

Рубрика:
Люди

Метки:
Здоровье

Быстрая навигация: На главную

Похожее

В столичном Пансионате для ветеранов войны и труда занимаются техническим творчеством

Четверг, 29.07.2021, 07:53:09,

Онлайн-занятия проекта «Московское долголетие» открывают новые возможности старшему поколению горожан

Понедельник, 15.03.2021, 10:32:31,

Любовь, длиною в полвека

Вторник, 16.02.2021, 07:48:55,

Жизнь Ивана Никитича. Окончание

Четверг, 04.02.2021, 11:03:35,

Жизнь Ивана Никитича

Среда, 03.02.2021, 08:48:46,

Памяти демографа Анатолия Вишневского

Понедельник, 18.01.2021, 08:40:27,

22 года счастливой семейной жизни в пансионате для ветеранов труда

Среда, 02.12.2020, 15:19:25,

«Забываю о том, что не слышу и не вижу»: история удивительного скульптора Александра Сильянова

Вторник, 27.10.2020, 10:54:09,

Как сохранить теплые отношения в семье: истории участников проекта «Московское долголетие»

Среда, 08.07.2020, 17:22:45,

Путешествие в прошлое

Понедельник, 15.06.2020, 17:47:37,

«Хроники вирусных дней»

Понедельник, 15.06.2020, 09:46:40,

История сиделки-соцработника: «Для ветерана мы становимся его ушами и глазами»

Четверг, 04.06.2020, 14:09:21,

Ещё Рубрика

Советские песни

00:00:00

Фотогалереи

Эксклюзивы

Запасаемся впечатлениями: жители социальных жилых домов путешествуют по Москве (14.09.2021) Снизилась острота зрения? Глаза испытывают дискомфорт? Срочно к врачу! (13.09.2021) Школа подготовки нянь (02.09.2021) В проекте «Московское долголетие» открыто 5 направлений по спортивным играм на свежем воздухе (31.08.2021) Расстройства пищевого поведения (30.08.2021) «Мой личный помощник»: как соцработник помогает пенсионерам на дому (26.08.2021) СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: повысить пенсию минимум до 30 тысяч рублей (26.08.2021) Участники общегородского клуба «Линия жизни» узнали, как восстановить свое генеалогическое древо (26.08.2021) «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ»: повышение пенсионного возраста было неверным решением (25.08.2021) Вентральные грыжи: виды, симптоматика, лечение (20.08.2021) Осторожно, диабет! И другие опасные эндокринологические заболевания (27.07.2021) «Огород без хлопот» в Бревново. Начало и продолжение (27.07.2021) Профилактика возрастной деменции: когда начинать и что делать? (26.07.2021) Ортопедические стельки – хороший помощник для больных ног (26.07.2021) Занятия по красоте и стилю вошли в топ-5 популярных направлений проекта «Московское долголетие» (08.07.2021) Противоположности притягиваются: история супружеской пары проекта «Московское долголетие» (08.07.2021) Жительница социального жилого дома вспоминает о военных годах (22.06.2021) «На сутки стать пожилым человеком» (21.06.2021)

Ещё

Рубрики и метки


Поддержка и партнеры