Как живут в домах престарелых

Понедельник, 09.11.2015, 11:57:43

Последние годы жизни – тема, о которой стараются не думать или просто не думают. Люди, дожившие до возраста «домов престарелых», выросли в Советском Союзе. Их менталитет серьезно отличается даже от тех, кому 50 лет. Многое, конечно, зависит от человека, от его отношения к жизни. Однако существование домов «П» определено рамками законов и нормативами

Последние годы жизни – тема, о которой стараются не думать или просто не думают. Люди, дожившие до возраста «домов престарелых», выросли в Советском Союзе. Их менталитет серьезно отличается даже от тех, кому 50 лет. Многое, конечно, зависит от человека, от его отношения к жизни. Однако существование домов «П» определено рамками законов и нормативами >>>

О нормах, правилах и судьбах в домах «П» размышляет молодая женщина, сотрудник благотворительного фонда «Старость в радость» и журналист портала «Милосердие.ру» Александра Кузьмичева:

Почему бабушки и дедушки не живут с родными

Дети могут жить на другом конце страны. Если бабушке 80, а ее дочке 60, есть вероятность, что внуки, которым под 40, видели ее в жизни пару раз 20–30 лет назад. Ее дети уже сами не очень энергичные и здоровые, а для внуков она незнакомый человек. Так она и отправляется в дом престарелых в родном регионе — чаще всего в районном или областном центре, потому что там дома большие, человек по 600, а маленькие — поближе к ее родному селу — закрыли в процессе оптимизации.

Хотя в доме на 30 человек с семейной атмосферой ей было бы гораздо лучше, чем в интернате на 600. Но в целом дом престарелых для нее — не кара и тюрьма, а физическое спасение: постельное белье меняют, пищу 4 раза в день приносят, пусть не ту, что бабушка любила. Дальше от склада личности зависит: кто-то там проживет еще 15 лет, кто-то умрет через два месяца.

Есть куда менее социализированные семьи. Тут все могут жить близко, но дети пьют, причем часто пропивают пенсию бабушки или дедушки — дедушки, правда, реже доживают до преклонного возраста, вот мы и говорим в основном про бабушек. По пьяни сын или внук бабушку и ударить может, питается она плохо: деньги-то пропиты и готовить в семье особо некому. В этом случае дом престарелых опять физическое спасение.

Бабушки при этом чаще всего своих родных не осуждают, очень радуются их звонкам и визитам, даже если родные приезжают раз в месяц забрать остатки пенсии (75% пенсии перечисляется на счет интерната, 25% остается старикам). Они рады, что могут быть полезны. Если мы дарим бабушкам мягкие игрушки, они счастливы потому, что смогут подарить эту игрушку внуку-правнуку, если того приведут в гости.

Есть, разумеется, бабушки, для которых дом престарелых — тюрьма, детей они своих воспринимают как предателей. Тут и очень хороший дом престарелых, с внимательным персоналом и хорошей материальной базой, может восприниматься как жизненное крушение, особенно если бабушка интеллигентная (например, школьная учительница или бухгалтер). И совершенная лачуга может восприниматься как нормальный дом (если бабушка, к примеру, была дояркой или свекловичницей и особого комфорта в жизни не видела).

А есть и классические истории, когда бабушкину квартиру или дом продали, свои условия улучшили, бабушку сначала взяли к себе, а потом всячески ей демонстрировали, что она лишняя, и она сама попросилась в интернат или ее прямиком туда отвезли. Но этих историй в десятки раз меньше, чем из серии «так сложилось», «все родные умерли», «сын пил и бил» или «дочь сама инвалид и в соседнем интернате живет».

Кто решает, где пожилые люди проведут свои последние годы

В классическом московском интернате 500 коек, из них 275 для лежачих и 75 для слепых. Дома престарелых в Москве находятся в ведомстве Департамента соцзащиты. Но бабушки и дедушки могут на годы попасть в психоневрологические интернаты (ПНИ) и даже в психиатрические больницы. Многие выпускники детских домов, особенно коррекционных, или выпускники с инвалидностью в 18 лет попадают в дом престарелых, если инвалидность физическая. Если ментальная — то в ПНИ. И остаются там до самой смерти. 

Кроме того, существует 216-й приказ Минздрава о медицинских противопоказаниях, при наличии которых человека могут не пустить в дом престарелых и ПНИ. Стало быть, если у человека туберкулез или эпилепсия с частыми припадками, то жить ему в системе Минздрава. Хосписы тоже открываются подчас даже в довольно глухих деревнях: так могут называть и настоящий хоспис с лицензией на наркотические обезболивающие, но тогда туда будут брать чаще всего только с онкологией, а неврологических и прочих больных не будут. 

Как устроен быт в домах престарелых

Ситуация решающим образом зависит от персонала. Если директор радеет за бабушек и дедушек, он и весь персонал будет мотивировать, и спонсоров будет приглашать, и волонтеров позовет, и на бензин денег даст, чтобы жители интерната на экскурсию куда-нибудь на казенном автобусе съездили, и под домовый храм комнату выделит.

Полно домов, где персонал во главе с директором сильно выгорел. Зарплаты у них низкие: у нянечек по 5–8 тыс. рублей, а на них может быть до 50 лежачих стариков на двоих в смене — и ночью она может и одна быть на свой этаж. Им ничего не надо кроме как обеспечить биологическую жизнь. То есть где-то лежачую бабушку будут кормить с ложечки, всячески ее тормошить —  и она встанет после перелома шейки бедра, пойдет хоть с ходунками и сохранит разум. Где-то скажут «слегла» и оставят так, а когда она уйдет в себя, скажут: «Заплохела, не подходи к ней лишний раз», — и она умрет очень скоро.

Случаев преступного стремления поскорее переправить бабушек на тот свет в государственных домах престарелых нет. В крайнем случае от этого страхует подушевое финансирование (всех угробишь — останешься на бобах) и прокурорские и прочие проверки. А вот случаев полного равнодушия — «им ничего не надо, они не в себе» —  полно, притом что бабушкам очень нужны и общение, и комфорт, и личное внимание.

К счастью, это выгорание во многих случаях излечимо. Легче в маленьких домах, где беды были от бедности. На нашем счету несколько случаев превращения вонючего барака во вполне уютное место просто потому, что медсестрам вместо хлорки дали нормальные моющие средства в приличном количестве, подгузники для лежачих, дополнительные экземпляры постельного белья, перчатки. И они воспряли, потому что до того были уверены, что ни они, ни их бабули никому не нужны.

Труднее в больших домах — там и подгузников нужно много, и моющих средств, и пока с каждым из персонала по душам поговоришь (не учить чему-то, а просто поговорить по-человечески, может, у нее трое детей дома недокормленные при ее-то зарплате), много времени проходит.

Да, кое-где кто-то и подворовывает. Мы видели образцовые дома, где все идеально именно за счет бюджета. Мы никого не ловили за руку — у нас другая специализация, мы не Следственный комитет, просто сравниваем, что бывает при радеющем директоре, а что в других случаях. Впрочем, и финансирование от региона к региону разное, и здание может быть 1905-го, а может быть 1985 года постройки.

Большие дома бывают хорошими. С вниманием к лежачим, с трудовыми и творческими мастерскими, с прогулками. А бывают плохие — и большие интернаты, и маленькие, где с бабушки просят денег за помощь в помывке, денег за выход на улицу подышать, где ноги к полу липнут и т. д.

Чем частные дома престарелых лучше государственных

Государственные дома престарелых не бесплатные, как многие думают, — там забирают  75% от пенсии. Я знаю палаты сестринского ухода, где забирают 95%. Есть социальные койки в государственных палатах сестринского ухода и интернатах, куда берут за доплату от родственников (например, прав на место только за отчисление от пенсии у бабушки почему-либо нет). В Подмосковье в прошлом году доплата была 22–25 тыс. рублей за койку в месяц, то есть 75% пенсии плюс эти 22–25 тысяч рублей. И это вполне себе обычненькие палаты, по четыре человека в комнате и никаких преференций. Там относительно неплохо, наши волонтеры даже оплачивают такие палаты одной бабушке, которой государство предлагает только другие, хуже.

Всякого рода пансионаты типа  «Доброта», "Забота", Senior Group (физически они в Подмосковье, но считаются московскими),  Пансионат для пожилых людей  — все это частные сети. Senior Group нам помогают чем могут: проводили краткие тренинги для персонала государственных домов из регионов, взяли к себе и поставили на ноги нашего лежачего слепого дедушку, когда он собрался помирать, и т.д. Но цена проживания в таком пансионате зашкаливает за 100 тысяч в месяц, насколько я знаю. С остальными частными сетями мы лично не знакомы. Но если цена проживания примерно 30 тысяч рублей в месяц, то это гарантированно не лучшие условия, а персонал, скорее всего, не то что без образования  — даже без медкнижек. В новостях прошумел приют во Владимирской области, где нашли мертвых и полумертвых стариков, — там проживание стоило 22 тысячи в месяц.

Хороший частный дом (у «Сениор Групп», например) соответствует, скажем, израильскому. То есть там нет лежачих как класса: даже если человек в вегетативном состоянии, его утром умывают, сажают в коляску, везут завтракать в столовую (пусть протертая пища с ложечки, но не в постели через поильник), потом везут на всякие утренние просмотры новостей и обсуждение, потом на прогулку.

Там круглосуточный присмотр за теми, кто не в памяти, занятия всякой арт-терапией и музыкой, психолог, визиты стоматологов-кардиологов и прочее. В таких местах лежачие встают, на все праздники родственников приглашают. В плохих частных домах престарелых все либо так же, как в плохих государственных, либо — в криминальных случаях — может оказаться намного хуже.

Александра Кузьмичева/ «Старость в радость», «Милосердие.ру»

Подробности: http://gorod.afisha.ru/people/kak-zhivut-lyudi-v-domah-prestarelyh/

Фото: Екатерина Колпакова

«НП»

Рубрика:
Дома престарелых

Метки:
Благотворительность Для пенсионеров Дома престарелых Общество для всех возрастов

Быстрая навигация: На главную

Похожее

Ещё Рубрика

Фотогалереи

Эксклюзивы

Адаптивная физкультура: Спортсмены и медики, объединяйтесь! (18.04.2018) Встреча со старостью (ч. 2). Природа старения (16.04.2018) Предприятия эпохи Александра II действуют по сей день (04.04.2018) Уполномоченный по правам пожилых. Место пусто. (03.04.2018) Здравствуй, мама. Встреча «сэндвич»-поколения с кризисом стареющих родителей. (31.03.2018) С 1 апреля социальные пенсии вырастут на 2,9 %. Прибавку получат неработающие и работающие пенсионеры (28.03.2018) Пришла пора выбирать: в мудрость или в маразм (27.03.2018) Навруз-байрам называют восточным новым годом (27.03.2018) C площадки Московского культурного форума – прямо на улицы российских городов (26.03.2018) Современное искусство открывает новые миры (25.03.2018) Отдать маму в чужие руки? Марина Вяземская – о домах престарелых (23.03.2018) Послы молодости и красоты (23.03.2018) «Серебряная» учеба продлевает жизнь (23.03.2018) Бабушки учатся лучше внуков. «Серебряный университет» выпустил отличников (23.03.2018) Как выбраться из бедности (21.03.2018) Индексация пенсий должна быть выше инфляции (21.03.2018) Новый "Новый" (19.03.2018) Миру – сыр! (15.03.2018)

Ещё

Рубрики и метки


Поддержка и партнеры